Category: психология

Category was added automatically. Read all entries about "психология".

/

Се, кровь моя

Оригинал взят у ivakin_alexey в Се, кровь моя
Мы сидим в привокзальной кофейне. У меня через двадцать минут рейс до Луганска. У него вечность впереди.
Ростов шумен и деловит. Я растерян. Он сосредоточен. Мы прихлебываем кофе. Я бы предпочел пиво, он бы предпочел водку. У меня ранен желудок, у него ранено все. У меня впереди граница и всякие дела. Я еду инкогнито, он живет инкогнито. Мы одинаковые. Детали разницы не играют.
Нам не о чем говорить.
Но говорить надо. Мне не надо, ему не надо. Нам надо молчать и пить кофе. Или пиво. Или водку. И молчать. Импрессионизм бытия заставляет говорить.
- А потом что?
- Они ему позвонили. Ну, понимаешь, это же еще июнь был четырнадцатого.
Я понимаю. Июнь четырнадцатого, июнь сорок первого. Просто переставить цифры.  В остальном разницы нет.  Детальки? Кому они нужны, детальки? Когда я хоронил лейтенанта и медсестричку, которых накрыло одной минометкой - какая разница были ли у них тогда мобильники? Это все детальки.
- Ты не понимаешь. Через полгода нас бы засекли и накрыли. Но тогда, ЭТИ еще не умели.
- Сейчас умеют?
Ростов мирно шумит. До войны полтораста километров.

Остальное здесь.
/

Анти-эгоцентризм

Децентрация представляет собой психологическую способность отойти от своего Я и приблизиться к Я другого человека, встать на точку зрения другого, посмотреть на мир его глазами. Децентрация в коммуникации характеризуется тем, что отправитель предвидит расшифровку получателя, принимает во внимание его точку зрения и кодирует на условиях получателя. Аналогично этому, децентрация получателя заключается в том, что он слушает и расшифровывает на условиях отправителя. Противоположностью децентрации является эгоцентризм. Эгоцентрик — человек, у которого снижена или полностью отсутствует способность ориентации на другого, о чем он может даже и не подозревать. Крайний эгоцентризм может служить серьезным препятствием в коммуникации. Если один из участников коммуникации — эгоцентрик, то ее успешное протекание возможно только в том случае, если другой участник наделен развитой способностью к децентрации. Это часто происходит, например, в случаях общения ребенка и взрослого.
Механизм децентрации лежит в основе эмпатии — сложнейшего средства межличностного общения. Кратко определить эмпатию можно как понимание другого посредством эмоционального проникновения в его внутренний мир, чувства и мысли. Быть в состоянии эмпатии означает воспринимать внутренний мир другого точно, с сохранением эмоциональных и смысловых оттенков, но при этом не переходить к состоянию идентификации с другим (т.е. не занимать позицию «я точно такой, как ты», «я = ты»). При эмпатии наше уважение к другому проявляется в нашем внимании к нему, полностью направленном на то, о чем нам говорят в данный момент. Очень легко подменить эмпатию советом, поучением, подбадриванием, сочувствием, выспрашиванием или рассказыванием историй о самом себе. Все приведенные способы оказания поддержки могут быть важны сами по себе, но прямого отношения к эмпатии не имеют, более того, будучи неудачно использованы, они могут вызвать у собеседника острое чувство непонимания, эмоциональное отторжение.
Компетентность коммуникатора и состоит в том, чтобы почувствовать, когда требуется эмпатия, а когда нет. Одним из признаков такой потребности могут служить очень сильные эмоциональные переживания собеседника, окрашивающие его сообщение. Повторим еще раз: при эмпатии мы не берем на себя ответственность за переживаемые нашим партнером чувства, мы не демонстрируем согласия с ними, мы надеваем «сочувствующие уши» и этим создаем атмосферу взаимопонимания. Способность к эмпатии предполагает не только психологическую чуткость как личностную характеристику, но и вполне определенные навыки, которые приобретаются и оттачиваются на практике. Соответственно основными приемами эмпатии являются: эмпатическое выслушивание, включая «отзеркаливание» фраз собеседника (т.е. их точное повторение); их перефразирование; сообщение партнеру о переживаемых им эмоциях и чувствах; указание на смысл переживаемого им.

Взято отсюда: http://www.elitarium.ru/2008/07/07/print:page,1,kommunikativnye_stili.html

И оттуда же:

Ценностная ось: «отношение к другому как к ценности — отношение к другому как к средству».
Первый полюс конституирует отношение к партнеру как к ценности. В этом отношении можно выделить моральную и психологическую стороны. Моральная сторона состоит в признании другого человека в качестве свободного, ответственного, имеющего право быть таким, каков он есть. Психологическая сторона состоит в стремлении к сотрудничеству, равноправным партнерским отношениям, к совместному решению возникающих проблем, в готовности понять другого, умении децентрироваться, видеть человека во всей его многосложности, уникальности, изменчивости. В поведенческом плане это установка на диалог и сотрудничество.
Второй полюс характеризуется отношением к партнеру как к средству, объекту, орудию достижения своих целей: нужен — привлечь, не нужен — отодвинуть, мешает — убрать. Подобная установка базируется на ощущении собственного превосходства над другими в чем-либо, доходящем до чувства собственной исключительности. В психологическом плане эта позиция проявляется в эгоцентризме — непонимании другого, отсутствии попыток увидеть ситуацию его глазами, в упрощенном, одностороннем видении своего партнера, в использовании стереотипных представлений, расхожих суждений о нем. В поведенческом плане — это опора на однонаправленность воздействия, его монологичность с использованием стандартных, привычных, автоматических приемов.

Конечно, как всегда - лучше читать целиком.
/

"...эгоцентризм есть разложение личности..."

........................
Эгоцентризм есть первородный грех человека, нарушение истинного отношения между «я» и его другим, Богом, миром с людьми, между личностью и универсумом. Эгоцентризм есть иллюзорный, извращенный универсализм. Он дает ложную перспективу на мир и на всякую реальность в мире, есть потеря способности истинного восприятия реальностей. Эгоцентрик находится во власти объективации, которую хочет превратить в орудие самоутверждения, и это самое зависимое существо, находящееся в вечном рабстве. Тут скрыта величайшая тайна человеческого существования. Человек — раб окружающего внешнего мира, потому что он раб самого себя, своего эгоцентризма. Человек рабски подчиняется внешнему рабству, исходящему от объекта, именно потому, что он эгоцентрически самоутверждается. Эгоцентрики обыкновенно бывают конформистами. Тот, кто раб самого себя, теряет самого себя. Рабству противоположна личность, но эгоцентризм есть разложение личности. Рабство человека у самого себя есть не только рабство у своей низшей, животной природы. Это грубая форма эгоцентризма. Человек бывает рабом и своей возвышенной природы, и это гораздо важнее и беспокойнее. Человек бывает рабом своего рафинированного «я», очень отошедшего от «я» животного, он бывает рабом своих высших идей, высших чувств, своих талантов. Человек может совсем не замечать, не сознавать, что он и высшие ценности превращает в орудие эгоцентрического самоутверждения. Фанатизм есть именно такого рода эгоцентрическое самоутверждение. В книгах о духовной жизни рассказывается, что смирение может превратиться в величайшую гордость. Нет ничего более безвыходного, чем гордость смиренных. Тип фарисея есть тип человека, у которого преданность закону добра и чистоты, возвышенной идее превратилась в эгоцентрическое самоутверждение и самодовольство. Даже святость может превратиться в форму эгоцентризма и самоутверждения и сделаться лжесвятостью.

Возвышенный идеальный эгоцентризм есть всегда идолотворение и ложное отношение к идеям, подменяющее отношение к живому Богу. Все формы эгоцентризма, от самых низменных до самых возвышенных, всегда означают рабство человека, рабство человека у самого себя, а через это и рабство и окружающего мира. Эгоцентрик есть существо порабощенное и порабощающее. Существует порабощающая диалектика идей в человеческом существовании, это есть диалектика экзистенциальная, а не логическая. Нет ничего страшнее человека, одержимого ложными идеями и самоутверждающегося на почве этих идей, это тиран и самого себя и других людей. Эта тирания идей может стать основой государственного и социального строя. Религиозные, национальные, социальные идеи могут играть такую роль поработителей, одинаково идеи реакционные и революционные. Странным образом идеи поступают на службу эгоцентрических инстинктов, и эгоцентрические инстинкты отдаются на службу попирающих человека идей. И всегда торжествует рабство внутреннее и внешнее. Эгоцентрик всегда попадает во власть объективации. Эгоцентрик, рассматривающий мир как своё средство, всегда выбрасывается во внешний мир и зависит от него. Но чаще всего рабство человека у самого себя принимает форму прельщения индивидуализма.
.................................................
Небольшая выдержка отсюда: http://www.vehi.net/berdyaev/rabstvo/index.html (а конкретнее - отсюда: http://www.vehi.net/berdyaev/rabstvo/026.html).

Николай Бердяев
О РАБСТВЕ И СВОБОДЕ ЧЕЛОВЕКА
/

ГРАНДИОЗНОЕ ОДИНОЧЕСТВО

Альфред Лэнгле. Грандиозное одиночество. Нарциссизм как антропологическо-экзистенциальный феномен.   http://www.laengle.info/downloads/Narzissmus-russMPJ-2002corr.doc   


 Альфред Лэнгле (Австрия) – доктор  медицины и философии, психотерапевт, председатель международного Общества логотерапии и экзистенциального анализа в Вене (GLE-International), преподаватель университетов Вены и Инсбрука. С октября 1999 года А.Лэнгле вместе с коллегами из GLE ведет в Москве обучающую программу подготовки психотерапевтов экзистенциально-аналитического направления.

Статья подготовлена автором по материалам его доклада на Международном конгрессе по нарциссизму в г.Зальцбурге (апрель 2002г.) специально для Московского психотерапевтического журнала.

 

Нужно читать целиком, конечно. Приведённый текст - в продолжение двух предыдущих постов.
Предыдущие посты - в продолжение разговора о самодостаточности, начатом в одной подзамочной записи уважаемого

falcao

 

 

Collapse )
/

Эндо.

Очень точно. Отсюда: http://npar.ru/journal/2003/2/reflection.php

... если подвергнуть феноменологическому изучению реактивную депрессию, наступившую, предположим, у женщины потерявшей ребенка, то после очищения данного феномена от проблематичных признаков, эмпатически переживая её состояние, транспонируя свой «глаз души» в её внутренний мир, и переживая в воображении её тоску, как свою собственную, мы довольно легко (так как каждый из нас в жизни переживал утрату близких, обычное человеческое горе) сможем прочувствовать, что «Я» пациентки внезапно, наперекор всем своим желаниям, надеждам и смыслу жизни, потеряло одну из главных составляющих социальных одежд личности. Учитывая силу утраты, можно сравнить эту боль, как если бы психофизическое «Я» человека потеряло кожу, или что-то очень близкое к живому телу. «Я» не просто потеряло часть одежды, оно лишилось главной защиты личности от холода и мрака безграничного инобытия мира. Все помыслы, все чувства, надежды, подчас ложные и наивные, направлены только на одно – вернуть тепло прежнего покрывала души, укрыться от леденящей стужи равнодушной вселенной в самом прекрасном запахе мира - мягком дурмане детской головки. Как и чем бы ни лечить такую депрессию, выздоровление будет таким же долгим, как и приживление пересаженной кожи, на место ободранных горем кусков живого кровоточащего мяса. Кусками такой кожи будут другие или вновь народившиеся дети, в меньшей степени муж и остальные близкие, возможно друзья или любимое дело. Примерно так можно представить себе феномен тоски при реактивной депрессии, как субъективный симптом больной душевной жизни.

Совершенно иным представляется и сам по себе путь познания, и проявления эндогенной тоски. Чтобы транспонировать себя в душу больного эндогенной депрессией, эмпатически пережить или понять тоску, нам вновь придется совершить своё собственное трансцендентное восхождение в сферу общения «голых Я», на границу между посюсторонним миром и вненаходимостью, придется освободиться, раздеться от одежд и напластований социальных, семейных, профессиональных и иных вещных и общественных связей.

Это необходимо, чтобы настроиться на волну переживаний душевнобольного. Мы даже попытаемся освободиться «как бы» и от своего психофизического «Я», мы почти достигнем границы трансцендентального существования своего собственного и общечеловеческого «Я». Необходимо, согласно Ясперсу, на третьей ступени трансценденции пережить «крушение, роковое переживание», познать «шифр бытия», или говоря более простым языком испытать потрясение и удивление перед экзистенцией иного трансцендентального «Я». Одновременно с этим самораздеванием «Я» мы осуществим феноменологическую редукцию феномена тоски, оставив за скобками все проблематичные признаки, могущие встретиться при самых разных видах депрессии. Как только в своем воображении мы начнем воспринимать как «непосредственно данное» феноменологически очищенный феномен тоски, в разряженном воздухе пограничья мы встретим «печального Демона, духа изгнанья…» Почему Демон печален? Потому что он изгнан. Нам очень четко и ясно станет понятной основа феномена и суть тоски – изменение витальности.


Схема 1. Сфера трансцендентного инобытия «Я»


Если в схеме первого размышления** в области трансцендентного существования мы констатируем патологически «перелетающий» (Кант) разум больного, «Я-racio», то при депрессии разум остается в сфере посюстороннего мира, среди людей (мы пока размышляем о депрессии без бреда). В область же трансцендентного существования «Я» попадает чувствующая, витальная часть личности. С.Ю. Циркин акцентирует ангедонию в структуре депрессивного аффекта, как важнейшее проявление депрессии: «при аутохтонных депрессиях теряется радость физического (витального) существования» Чем определяется непереносимость эндогенной тоски? Её похожестью на предсмертную тоску человека, уже простившегося с жизнью, уже находящегося в сфере инобытия, уже выключенного из числа живущих. Он безгранично одинок в холодной вечной вселенной и витальность его «Я» (один из пяти признаков самосознания «Я») чувствует этот холод смерти, несмотря на посюстороннее бытие разума. Разум не спасает от тоски, так как он бесчувственен, а витальная часть «Я» погружена в вечный обжигающий холод. Больной разумом понимает, что он ещё живой, но витальность его «Я» находится как бы по ту сторону бытия, она уже как бы умерла. Хочется обратить внимание размышляющего вместе с нами читателя, что ни многочисленные религии мира, ни научные разработки психологии так и не разъяснили понятие души и локализацию её вместилища, и только душевнобольные люди, страдающие тоской, указывают нам на то или иное место в своем бренном теле, где исходит тоской их больная душа. Витальная, живущая, жизненная часть «Я» тоскующего больного не может жить в условиях вечно холодной безграничной вселенной. Если при реактивной депрессии врач психопатолог довольно легко может транспонироваться в душу больного, так как сам переживал или обязательно когда-нибудь переживет несчастье, горе, тоску от потери любимых или друзей, то сопережить и понять тоску эндогенного больного можно только в воображении, только «как бы», только при общении двух трансцендентально расположенных «Я».. М.М. Бахтин, замечательный русский философ и филолог, в своей книге «Эстетика словесного творчества» писал: «Исключительно острое ощущение другого человека как другого и Я как голого Я предполагает, что все те определения, которые облекают Я и другого в социально конкретную плоть - семейные, сословные, классовые – и все разновидности этих определений утратили свою формообразующую силу. Человек как бы непосредственно ощущает себя в мире как целом, без всяких промежуточных инстанций, помимо всякого социального коллектива, к которому он принадлежал бы. И общение этого Я с другим и другими происходит прямо на почве последних вопросов, минуя все промежуточные, ближайшие формы.»

/

Нарцисс

http://www.psy-analyst.ru/eche/3super2.asp

Жизнь вне ЖЖ... Ссылочка любопытная, типаж узнаваемый. У каждого, наверное, есть такие закомые или детки знакомых. 
Для затравочки кусочки,  ВЫРВАННЫЕ из текста.

........... Человеческое дитя превращается в КЕНТАВРА — существо из двух половинок, причем только одну из них (ту, которую нарцисс считает «человеческой» — ложное «Я») можно показать окружающим. Отсюда проистекают ведущие аффекты (сильные эмоции) нарцисса — стыд несоответствия внешнего и имеющегося (безобразная «конская» половина) и зависть к окружающим, к тем, кто естественно репрезентативно целен. Конечно, сам нарцисс будет искренне отрицать такие «недостойные» чувства. Напротив, это окружающие завидуют ему, и поэтому стремятся всячески напакостить; им же и следует стыдиться такого низкого поведения. Но — осознанные или нет — аффекты стыда и зависти столь некомфортны и разрушительны для самооценки нарцисса, что для ее поддержания, хотя бы на имеющемся уровне, он должен защищаться. 

Характерные нарциссические защитыобесценивание (это не я плохой/безобразный — это вы плохие!) или идеализация (я совсем не плох, но, конечно хуже такого-то, потому, что он — совершенство!). Идеализированный, правда, при ближайшем рассмотрении оказывается не без изъянов — и моментально обесценивается. Многие нарциссы не зацикливаются на этом разочаровании, а быстренько подыскивают очередной объект идеализации — и обесценивают его. Такой вот «скачущий» драйв. То же и в сфере самоощущения нарцисса: непрерывной галоп грандиозность<->ничтожество.

........... В терминах «Я-психологии» нарцисс нещадно эксплуатирует и опустошает («пожирает») свои сэлф-объекты — людей, «которые подпитывают наше чувство идентичности и самоуважения своим подтверждением, восхищением и одобрением» [1, с.228]. Для нарцисса сэлф-объекты не «подпитка», как в норме, а «основное питание». Его мучает неодолимый нарциссический голод, поскольку нарцисс, в сущности, пуст внутри, его истинное «Я» осталось в зачаточном состоянии, и он человек лишь постольку, поскольку ощущает свое ложное «Я» как настоящее. А как можно ощутить, скажем, искусственную ногу и убедиться, что ты нормальный — двуногий? Собственные ощущения говорят, что нога — искусственная. Но если ее приодеть как следует и взглянуть в зеркало... Для злокачественного нарцисса, в сущности, нет людей, кроме него. Другие — лишь зеркала, подтверждающие факт бытия нарцисса, и лишь в этом их предназначение и горькая жизненная необходимость для нарцисса. Как в мифе:
«Плачет Нарцисс. Падают его слезы в прозрачные воды ручья. По зеркальной поверхности воды пошли круги, и пропало прекрасное изображение. Со страхом воскликнул Нарцисс:
— О, где ты! Вернись! Останься! Не покидай меня, ведь это жестоко. О, дай хоть смотреть на тебя!
Но вот опять спокойна вода, опять появилось отражение, опять, не отрываясь, смотрит не него Нарцисс» [2].

[1] Н. Мак-Вильямс. Психоаналитическая диагностика (М, Класс, 2001)
[2] Н.А. Кун. Легенды и мифы древней Греции (М, Учпедгиз, 1957)